История Рима

Работающим на Кипре археологам удалось обнаружить на одном из холмов в окрестностях Никосии руины города, построенного 4 тысячи лет назад.

Однако уникальная находка под угрозой. На месте, где сейчас проходят раскопки, в следующем году планируют построить новое здание парламента Кипра.

Археологи уже давно предполагали, что на холме Пассиди первые люди поселились еще за 2 тысячи лет до нашей эры.

Читать продолжение: АРХЕОЛОГИ КИПРА НАШЛИ ДРЕВНИЙ ГОРОД

Popularity: 1%

  В первой половине VIII в. лангобардский король Лиутпранд возымел намерение объединить под своей властью всю Италию. Но без Рима и Равенны Италии нет. Энергичный король сумел отвоевать Равенну у Византии и подступил к Риму.
  Однако папа Григорий II (715—731) проявил верх дипломатической изобретательности и сумел договориться с повелителем лангобардов, которые уже считались христианами. Устыдившийся Лиутпранд отказался от завоевания Рима и даже подарил папе город Сутри, отобранный у Византии. Это был первый случай в истории, когда римская церковь получила в подарок город.
  Однако чувства христианского смирения и добродетели не проникли глубоко в душу Лиутпранда, и он снова двинул свое войско на Рим. Тогда папа Григорий III (731—741) обратился за помощью к Карлу Мартеллу, энергичному властителю франков. Рим и на этот раз уцелел; более того, теперь для него наступил новый период — союз церкви с франками, который имел чрезвычайно серьезные последствия.
  В середине VIII в. Айстульф, король лангобардов, снова подступил к Риму: папе Стефану II ничего не оставалось делать, как просить помощи у сына Карла Мартелла Пипина Короткого, ставшего королем франков. Для этого папе пришлось отправиться в далекое тяжкое путешествие во Францию.
  Стефан II преклонил колени перед могущественным франком, умоляя его спасти Рим. Великодушный король дал клятвенное обещание.
  Заключенный союз оказался выгоден обеим сторонам: в 754 года в церкви Сен Дени в Париже папа совершил коронацию Пипина, а тот дважды, в 754 и 756 годах, предпринял походы против лангобардов и отобрал у них прежние византийские владения — Равенну и другие города экзархата.
  Он передал церкви в вечную собственность эти земли вместе с городом Римом и его окрестностями: так возникло Церковное государство, в котором папе принадлежала власть не только духовная, но и светская.

Popularity: 1%

Город Рим, несмотря на то что был столицей могущественного государства, долгое время сохранял непрезентабельный вид; его улицы впервые вымостили камнем только в 174 г. до н. э.
  В позднереспубликанское и в императорское время Рим был многонаселенным и очень оживленным городом, ворота которого были распахнуты для всякого, кто только хотел и имел возможность до него добраться.
  Ничего похожего на прописку не существовало, и власти никогда не принимали никаких серьезных мер к ограничению численности населения Вечного города. По его площадям и улицам ежедневно разгуливало больше иноземцев, чем римлян. Об этом своеобразии столицы хорошо говорит в одном из своих писем Сенека, крупный государственный деятель и философ I в. н. э.:
  «Взгляни на многочисленное население, которое едва помещается в зданиях этого громадного города; большая часть этой толпы не имеет отечества, а собрались эти люди сюда из разных мест и вообще со всего света. Одних сюда привело честолюбие, других — государственные дела, третьих — возложенное на них посольство, четвертых — роскошь, которая ищет для себя удобного места, изобилующего пороками, пятых — страсть к образованию, шестых — зрелища, седьмых — дружба, восьмых — предприимчивость, которой нужно широкое поле деятельности; одни принесли сюда свою продажную красоту, другие — продажное красноречие. Все люди стекаются в этот город, где хорошо оплачиваются и добродетели и пороки».
  Какова была численность жителей Рима, точно неизвестно, однако принято считать, что во II в. н. э. население уже превысило миллион человек.
  В III в. н. э. имел место такой курьезный факт: Гелиогабал, самый скверный из всех императоров, изощряясь в чудачествах, повелел своим рабам собрать паутину со всего Рима, обещав заплатить за это. Паутины собрали больше 3 тонн. Удовлетворенный император сказал, что по этому количеству паутины можно судить о величине Рима.
  Жители Вечного города в своей массе были людьми энергичными, нравственными, с чувством собственного достоинства и не без юмора; эти их качества сохранили эпитафии:
  «Юкунд, носильщик, (раб) Тавра. Пока жил, был мужем и умел защитить себя и других. Пока жил, достойно жил. Ставят (памятник) Каллиста и Фило- лог». «Прокопа, (рабыня): я поднимаю руки против бога, который убил меня, безвинную, которая прожила 20 лет. Поставил (памятник) (раб) Прокл». «Прожил 52 года. Богам Манам Тиберия Клавдия Секунда, (императорского вольноотпущенника). Здесь у него все с собой. ;Меропа, императора (рабыня), сделала гробницу своему дорогому сожителю, себе, своим близким и их потомкам». «При жизни (соорудил себе надгробие) Гай Гаргилий Гемон, сын Прокула, (внук) Филагра Агриппиана, вольноотпущенника божественного Августа, педагог, тоже вольноотпущенник, благочестивый и добродетельный. Я прожил без тяжбы, без ссоры, без спора, без долгов так долго, как мог; друзьям я был верен; имуществом беден, душою — богат в высшей степени. Да пребудет в добром здравии тот, кто прочел эту мою надпись». «Богам Манам Марка Канулейя Зосима; прожил 28 лет; соорудил (надгробие) патрон достойно заслужившему вольноотпущеннику. Он за всю свою жизнь никому не сказал дурного слова, без воли патрона не сделал ничего, всегда у него находилось большое количество золота и серебра, из которого он никогда ничего не взял себе. Он превзошел всех в искусстве… чеканки»40. «Богам Манам. В этой могиле лежит бездыханное тело человека, душа которого находится среди богов, ибо это он заслужил. Луций Стаций Онесим, много лет торговавший на Аппиевой дороге, человек самый верный из всех, слава о котором сохранится навечно; он прожил незапятнанный не более и не менее, чем 68 лет. Стация Кресцентина, жена, мужу достойнейшему и прекрасному, с которым прожила в добром согласии без какого бы то ни было душевного раздражения, достойно заслужившему поставила памятник». «Богам Манам. Тот, имя которого определяется начальными буквами стихов, сделал гробницу сам при жизни себе и всем своим, вольноотпущенникам и вольноотпущенницам и их потомкам. Луций Нерусий Митра (по-латыни по начальным буквам строк Л. Нэрусиус Митхрэс)».

Popularity: 1%

От учиненного вестготами погрома Рим оправился довольно быстро, а его жителей-христиан внутрирелигиозные дела по-прежнему интересовали больше, чем вопросы безопасности города.
  В 418 г. снова разгорелась яростная борьба за освободившееся место епископа. Враждующие кандидаты и их приверженцы окопались в крупных церквах: Евлалий захватил Латеранскую базилику, а Бонифаций овладел базиликой св. Павла за городскими стенами. Градоначальник Рима Симмах, друг Евлалия, приказал запереть все ворота города, чтобы Бонифаций не смог в него проникнуть. В дело пришлось вмешаться императору Гонорию. В конце концов победил Бонифаций I, Евлалий отправился в изгнание, и страсти улеглись. Но епископы в Риме менялись часто, и всякий раз в городе начиналось столь великое волнение, что нередко дело доходило до рукопашных схваток с кровопролитием.
  Осенью 410г. Аларих скончался, а предводителем вестготов стал Атаульф, о котором историк Иордан пишет: «Атаульф, приняв власть, вернулся в Рим и наподобие саранчи сбрил там все, что еще оставалось, обобрав Италию не только в области частных состояний, но и государственных, так как император Гонорий не мог ничему противостоять». Однако Атаульф не пожелал стать императором и в 411—412 гг. увел своих соплеменников из Италии.
  Гонорию ничего не оставалось делать, как вступить в переговоры с Атаульфом и пообещать ему хорошую плату, если он ниспровергнет узурпатора Иовина, захватившего власть в Галлии. Вестгот уничтожил захватчика и вернул Галлию императору.
  Потом Испания, где возник другой узурпатор, вышла из-под власти римлян, но другой варвар, Валлия, вернул ее императору, который, как обычно, пребывал в полном бездействии ‘в Равенне; впрочем, Гонорий еще раз съездил в Рим и справил триумф.
  Тем временем Британия, входившая в состав владений римлян, но оставленная ими без внимания, начала защищаться от варваров своими силами и постепенно обретать независимость.
  По примеру Британии стала свободной северная часть Галлии, где попросту прогнали римских чиновников.
  Гонорий официально, в письменном виде, признал независимость этих территорий: от былой мощи Римской империи не осталось ничего.
  В 455 г. вандалы из Африки (они отобрали ее у империи еще в 429 г.) под предводительством Гензериха двинулись на Италию и летом подступили к Риму. Гензерих вторгся в беззащитный город и дал своим воинам 14 дней на его разграбление. Прокопий Кесарийский пишет: «Гензерих, нагрузив корабли свои золотом, серебром и другими вещами из императорского имущества, вернулся в Карфаген. Он не оставил во дворце ни меди, ни какого-либо другого металла. Ограбил он и храм Юпитера Капитолийского, сняв с него половину крыши. Это была замечательная и великолепная крыша, из лучшей меди и вся густо вызолоченная».
  Вандалы угнали в Африку тысячи римлян, обратив их в рабов. За жестокое разграбление Рима вандалы получили в истории заслуженную славу отъявленных дикарей, так что слово «вандализм» приобрело нарицательный смысл. Однако вандалы за 14 дней не уничтожили здания Рима — они и не ставили перед собой такой цели.
  «Но в других отношениях Рим был опустошен сверх всякой меры. Вандалы, захватив богатую провинцию Африку, уже владели латифундиями (крупной земельной собственностью) римской знати и патримониями (владениями) церкви; семьи большинства сенаторов были доведены до нищеты; население Рима уменьшилось, так как народ частично был обращен в рабство, а частично бежал.
  За 45 лет, которые прошли со времени вторжения Алариха в Рим, его население убавилось на 150 000, если не больше. Многие древние роды исчезли совершенно, другие влачили бедственное существование и гибли, как гибли храмы языческих богов, покинутые и разрушающиеся. Большие дворцы опустели, и все в них было мертво, римляне двигались, как привидения, по городу, который стал слишком велик для их замиравшей жизни. Если раньше, во времена расцвета империи, обширные пространства Рима, застроенные храмами, базиликами, аркадами и всякого рода зрелищными сооружениями, вызывали в человеке изумление, то теперь, с середины V в., Рим должен был представлять картину торжественного умирания города, в величественных пространствах которого уже не катится волна народного движения, и повсюду воцаряется могильная тишина».
  После нашествия вандалов на Рим императором стал варвар Авит, происходивший из знатного галльского рода и прежде состоявший на службе у западноримского императорского двора; 10 июля 455 г. он торжественно вступил в сан императора в Арелате (совр. Арль на юге Франции), не спра-шивая согласия римского сената; римлянам ничего не оставалось делать, как признать этот факт и пригласить его в Рим.

Popularity: 1%