История Рима

  В 1523 году папой под именем Климента VII стал кардинал Джулио Медичи.
  К этому времени Рим снова сделался многолюдным городом. Составление первой статистики относится к 1526—1527 годах; согласно ее данным население достигло 55 000 человек; папский двор состоял из 700 человек, в кардинальских дворцах проживало от 45 до 366 человек.
  Среди горожан упоминаются булочники, цирюльники, торговцы, нотариусы, сапожники, скороходы, портные, красильщики, врачи, ученые, печатники, музыканты, скульпторы, живописцы, архитекторы, ювелиры, писатели, куртизанки (некоторые из них носили античные имена — Лукреция, Кассандра и т. п.).

Читать продолжение статьи - \"Первая перепись населения.\"

        Новейшие исследования показали, что в III в. н.э. (около 225 г.) в Римской империи действовала крупная, хорошо организованная шайка фальшивомонетчиков. Главным центром их деятельности была провинция Паннония. Свой преступный промысел они довели до совершенства и нанесли громадный ущерб финансовой системе государства. Проведенное властями расследование помогло выявить место, где орудовали злоумышленники, и для того, чтобы их схватить, были посланы целые воинские подразделения.

Читать продолжение статьи - \"Платежные средства в Риме (часть 5)\"

        Между монетами времен республики и империи заметны различия и в знаках. В республиканский период на монетах изображали головы римских божеств – Януса, Юпитера, Марса, Юноны, Минервы, Беллоны, нередко также знаменитую римскую волчицу – кормилицу Ромула и Рема. На аверсе, как уже говорилось, можно было видеть корабль или его отдельные части. Поэтому-то и игра, называемая у нас "орел – решка", была известна в Риме как игра "капут-навис" ("голова-корабль"). Только Цезарь впервые, с разрешения сената, приказал выбить на монете свой собственный портрет. В дальнейшем изображения римских властителей стали появляться на монетах все чаще: сохранились монеты с портретами Октавиана Августа, Марка Антония и даже царицы Клеопатры.

Читать продолжение статьи - \"Платежные средства в Риме (часть 4)\"

        Серебряные монеты, сообщает римский эрудит I в. н.э., начали выпускать лишь за пять лет до 1-й Пунической войны. Было установлено, что денарий должен весить 10 фунтов, квинарий – 5, а сестерций – два с половиной. Нехватка средств на ведение войны с Карфагеном вынудила римские власти прибегнуть к "порче монеты", т.е. пустить в обращение медные ассы, вес которых был в шесть раз меньше, чем прежде. Эта мера оказалась успешной и принесла немалые выгоды оскудевшей казне.

Читать продолжение статьи - \"Платежные средства в Риме (часть 3)\"

        Потребность Вечного города в деньгах обеспечивали четыре монетных двора: в самом Риме, в Беневенте, в Таренте и в какой-то точно не известной местности на юге Италии. В Риме мастерская, где чеканили металлические деньги, находилась близ храма Юноны Монеты, т.е. "Предостерегающей" (считалось, что богиня однажды предупредила римлян о приближающемся землетрясении). Отсюда вошедшее в европейские языки слово "монета".

Читать продолжение статьи - \"Платежные средства в Риме (часть 2)\"

В эпоху перехода от непосредственного обмена товарами к введению денежного обращения главным средством платежа был скот. Память об этом времени сохранилась в римском названии денег – "пекуниа" (от "пекус" – скот). В дальнейшем за товары стали расплачиваться медными брусками прямоугольной формы, весом до полутора килограммов, а те в свою очередь уступили место уже настоящим монетам, появившимся в Риме в середине V в. до н.э.

Читать продолжение статьи - \"Платежные средства в Риме (часть 1)\"

  Хотя Рим впал в полное одичание и фактически оказался во власти разбойников, энергичный папа все-таки смело взялся за наведение порядка и достиг очень больших успехов. Хронист Паоло дель Масто особо отметил это обстоятельство: «Наступили такой мир и спокойствие, что, можно было пройти с золотом в руках на двести миль вокруг города с полной безопасностью днем и ночью, и это было великим благом для города Рима».
  Восстановление безопасности обеспечило значительный приток паломников, что несколько поправило материальное положение как церкви, так и мирян, обитавших в этом городе-руине.
  Биограф Мартина V пишет: «Он нашел Рим настолько разрушенным, что тот вообще не имел вида города. Можно было видеть разваливающиеся дома, церкви в руинах, целые районы пустыми, все поселение заброшенным, страждущим от голода и нищеты».
  О состоянии базилики св. Павла за городскими стенами (Сан Паоло фуори ле Мура) сохранился такой рассказ: «Церковь и монастырь этого имени находились в полном запустении. Монахов оставалось всего несколько человек, и многие из них жили вне монастыря. В уцелевших кельях содержались козы и свиньи. В старинной базилике путники варили на кострах мясо и овощи и тут же ели их, сопровождая еду выпивкой, шумом и криками. На ночь пастухи загоняли сюда быков и буйволов. Центральный неф базилики стоял без крыши, которая уже давно провалилась. Однажды в базилику вошел известный в Риме отшельник и, подойдя к одному из алтарей ее, пред которым стояла деревянная статуя апостола Павла с мечом в руке, обратился к ней с такими словами: «О Павел, дурак и простофиля! Что ты делаешь? Зачем держишь поднятым свой меч? Разве не видишь, что твоя церковь находится в позорном состоянии, в обломках и никто о ней не заботится? Опусти меч, который ты держишь, и порази тех, кто оставляет в запустении твой дом!» Слова отшельника были сообщены папе, который после этого и начал усиленно реставрировать запущенную базилику и монастырь».
  Мартин V сделал серьезную попытку привести столицу западнохристианского мира в божеский вид. По его приказу расчистили завалы, ликвидировали баррикады, приступили к реставрации городских стен, водопроводов, церквей и прочих сооружений.
  В новых условиях, сложившихся в Европе, римской церкви, остававшейся феодальным учреждением, становилось все труднее осуществлять свои претензии на господство; авторитет папской власти, особенно вне пределов Италии, неуклонно шел на убыль: Англия еще в 1366 году перестала выплачивать взносы в папскую казну, а Франция в 1438 году признала, что высшую силу имеют решения церковного собора, но не папы.
  Однако папы и высшее католическое духовенство были очень далеки от того, чтобы сложить оружие. Папский Рим не собирался добровольно сдавать позиции; напротив, теперь он начал проявлять заботу о своей внешности, дабы встать вровень с веком.
  Повернулось колесо истории, и Вечный город вступил на путь своего возрождения.

  А затем наступил церковный раскол и оказалось одновременно два папы: неаполитанец Урбан VI и уроженец Женевы Климент VII. Урбан VI находился в Риме и вел отчаянную войну со сторонниками антипапы, засевшими в замке Святого Ангела. В апреле 1379 года войска Урбана VI взяли замок и «разрушили его столь основательно, что в течение многих лет там паслись козы».
  От прежнего здания уцелела только центральная часть, где находилась усыпальница римского императора Адриана и его преемников. Урбан VI овладел Ватиканом полностью и прожил до 1389 года, а его соперник скончался в Авиньоне в 1394 году.
  В 1389 году папой в Риме стал молодой Бонифаций IX. Ему пришлось согласиться на то, чтобы Вечным городом управляли три выборных гражданских лица, именуемые консерваторами, и для них он приказал построить дворец на Капитолии.
  По договору 1392 года папа признал Рим коммуной, управляемой горожанами. Однако на этом раздоры не прекратились, и папе пришлось обратиться в бегство. Осенью 1393 года он смог вернуться и договориться с римлянами, о чем летописец повествует так: «Папа вновь получил господство над Римом, которое ему передали Натоло и Петруччио Саво, бывшие до того времени членами синьории (городского совета). Они заявили папе: «Если ты хочешь господствовать над римским государством, то должен восстановить крепость Ангела».
  Папа крепость построил, и, когда она была готова, благодарность, какую он оказал за это Натоло и Петруччио, состояла в том, что он приказал отрубить им головы, сказав: «Оба передали мне государство в руки, а теперь хотели его вновь от меня отнять». С этого времени папа пользовался полной властью…
  В лето 1404 году, в первый день месяца сентября, скончался папа Бонифаций IX, и римский народ восстал, чтобы отвоевать обратно свою свободу; весь Рим был забаррикадирован, и каждый день прибывали люди к баррикадам. Орсини и церковь были на одной стороне, Колонна с народом — на другой…
  Произошел рукопашный бой. Многие пали с той и другой стороны. Орсини проиграли сражение, так как привлекли на свою сторону немного народа. Масса была за Колонна».
  В начале XV в. вооруженная борьба в Риме еще продолжалась; она велась столь активно, что церковная казна пришла в катастрофическое состояние. В довершение всех бед вмешались в римские дела также и внешние силы: войска Владислава Неаполитанского и Людовика II Анжуйского, В 1409 году на просторах города кипели бои и рушились его древние здания. Рим пришел в столь великое запустение, что в январе 1411 года в саду папской резиденции стражники убили лисицу и пять крупных волков; их повесили на зубцах стены для успокоения горожан, весьма сокрушавшихся по поводу того, что волки, расплодившиеся в Ватикане, постоянно раскапывали могилы около базилики св. Петра.
  Летом 1413 года угроза для римлян попасть под власть короля Владислава стала очень серьезной; тогда они созвали народное собрание на Капитолии и постановили, что «лучше съесть своих детей, чем терпеть власть этого дракона». Через несколько дней неаполитанские войска ворвались в Рим, а папа Иоанн XXIII стремительно обратился в бегство вместе со своими кардиналами. Владислав имел самые серьезные намерения присоединить Церковное государство к своему королевству.
  Осенью того же года его войска, наконец, захватили последний папский оплот — замок Святого Ангела, а на Капитолии построили для себя крепость. Весною следующего года Владислав как победитель въехал на коне в Латеранскую базилику. Христиане-неаполитанцы разграбили в Риме не только дворцы папы и высших церковных сановников, но и базилику св. Петра в Ватикане, главную святыню католического мира.
  В результате всех этих потрясений в Вечном городе нищета достигла такой степени, что даже перестали справлять крупные церковные праздники ввиду отсутствия масла для лампад.
  6 августа 1414 года король Владислав скончался, к великому счастью для римлян, которые немедленно подняли восстание и захватили почти весь город; но неаполитанцы надолго засели в замке Святого Ангела, а летом 1415 года оттуда подвергли Рим артиллерийскому обстрелу.
  Противоборствующие страсти бурлили вплоть до 1420 года, когда папа Мартин V вступил в Ватикан.

  В 1348 году Италию поразила страшнейшая эпидемия чумы (ее описание дал Боккаччо в своем «Декамероне»). В сравнении с другими городами Рим пострадал меньше, так как не отличался большой скученностью (ведь его население в средние века было во много раз меньше, чем в древности, а территория сохранялась прежняя, какую охватывали античные стены Аврелиана). В память об окончании чумы осенью того же года римляне, верные обету, данному Деве Марии, соорудили высокую мраморную лестницу, ведущую к церкви св. Девы Марии на Алтаре Неба (Санта Мария д’Арачели) на Капитолийском холме. Это единственное крупное сооружение в Вечном городе за весь XIV в.
  Пока папы находились в Авиньоне, Рим оказался совсем без надзора; даже Пантеон, обращенный в церковь еще в VII в., захватило одно знатное семейство и превратило в свою крёпость.
  Право на императорский титул по-прежнему принадлежало германским королям, власть которых в собственной стране заметно ослабла в связи с наступившей феодальной раздробленностью и засильем знати. Однако германские короли, утратив свое прежнее могущество, цеплялись за призрак власти в виде императорской короны. Один из них, Карл IV, в 1355 году был коронован в Риме уполномоченным папы Иннокентия VI, находившегося в Авиньоне; император старался помочь папе вернуться в Рим.
  Папы построили для себя в Авиньоне дворец, намереваясь, вероятно, остаться там навсегда. Однако им пришлось вернуться в Рим, ибо в 1337 году Франция вступила в тяжкую Столетнюю войну с Англией, что привело к заметному ослаблению власти французского короля, а война могла докатиться и до Авиньона.
  В апреле 1367 года папа Урбан V покинул Авиньон и в середине октября торжественно въехал в Ватикан. Но Рим находился в состоянии такого упадка, что папа не выдержал и в апреле 1370. года вернулся в Авиньон.
  Его преемник Григорий XI 17 января 1377 году приехал в Рим, но неугомонные жители Вечного города моментально вступили с ним в распрю, и только смерть в 1378 году помешала ему бежать назад в Авиньон.

  3 сентября 1332 года Сенат и Народ Римский устроили в Колизее светское общественное .зрелище — бой быков, где в роли тореадоров выступили . знатные местные юноши. На арене полегло одиннадцать быков и восемнадцать «тореадоров», а девять человек отделались тяжелыми ранениями. Глубоко огорченные. римляне с почестями похоронили павших «тореадоров» в знаме-нитых церквах Санта Мария Маджоре и Сан Джованни ин Латерано.
  В том же веке в древнем амфитеатре Флавиев обосновались бродяги и нищие, так что он превратился в настоящий разбойничий стан. В 1381 году члены одного религиозного братства сумели выдворить бандитов из Колизея, за что получили от благодарных римлян часть здания и организовали там госпиталь; на арене построили капеллу и сцену, где стали играть мистерии. Тем временем необитаемая часть амфитеатра продолжала служить каменоломней; в 1349 году здание сильно пострадало от землетрясения, а в 1362 году устроили аукцион по продаже его руин.
  В 1337 году впервые посетил Рим знаменитый Франческо Петрарка, основоположник нового мировоззрения — гуманизма; страстный поклонник античности, он был поражен величием древних руин и невежеством современников; с прискорбием пришел он к выводу, что никто не знает Рим хуже, чем сами римляне; он сказал своим друзьям, что Рим не возродится до тех пор, пока не обратится к самопознанию.
  В 1340 году Петрарка получил приглашение одновременно от Парижа и Рима: поэта желали увенчать лавровым венком. Петрарка предпочел Вечный город. В 1341 году выползающие из варварства римляне с восторгом устроили пышную церемонию на Капитолийском холме. Однако, как только лауреат оказался за воротами Рима, грубое варварство сразу напомнило о себе: на дороге возникли свирепые разбойники, и пришлось бежать от них назад в город. Увенчанный лаврами поэт смог благополучно выбраться из Рима только с помощью надежной охраны, которую ему дали великодушные поклонники.
  В мае 1347 года в Вечном городе народ снова восстал и учредил республику, которую возглавил энергичный Кола ди Риенцо, провозглашенный народным трибуном. Знатным семействам пришлось бежать.
  Кола ди Риенцо, друг Петрарки, человек образованный, был страстным поклонником античности. В 1344 году он написал на латинском языке книгу о древних памятниках под названием «Описание города Рима и его вели-колепия» — «ОезспрНо игЫз Котае ешзцие ехсе!1еп1лае». Став народным трибуном, он впервые за все средневековье выдвинул идею объединения Италии во главе с Римом. Однако реальные условия для осуществления этого плана еще не сложились, горожане были слишком слабы и в том же году римская республика прекратила свое существование (сначала народный трибун удалился с Капитолия в замок Святого Ангела, а затем бежал в Неаполь). В 1354 г. он снова вернулся к власти в Риме, но вскоре был убит восставшими римлянами; его останки сожгли в мавзолее Августа.
  Недалеко от древнего Овощного рынка сохранилось средневековое здание, которое называли «Домом Кола ди Риенцо». Дом кирпичный, в его стены вмурованы нарядные античные беломраморные карнизы и другие детали. Сооружен дом в XI веке, он принадлежал знатному семейству Кресценциев (в надписи над входом говорится, что его построил Николо, сын Кресценция и Феодоры). Здание это называли также «Домом Пилата».