Хозяином Рима сделался Альберик, украсивший себя титулом «глава и сенатор всех римлян» Императорской власти не существовало, а папам пришлось довольствоваться исключительно властью духовной. Альберик, преисполненный отваги и энергии, имел ум трезвый, а руку щедрую, но железную: народ его любил, знать побаивалась. На фоне своих звероподобных современников он выглядел лучезарной фигурой.
Трёзво оценивая собственные силы, Альберик удовольствовался властью над Римом и церковью, не простирая далеко своих рук и не ловя никаких корон. При нем город жил спокойно и благополучно.
Убежавший из Рима Гуго Прованский, король Италии, отсидевшись в Павии, пришел в себя, а так как к спокойному образу жизни он не был способен, то собрал войска и в 933 года двинулся на Рим не столько ради спасения Мароции, сколько за императорской короной.
Но стены и ворота у Рима теперь были крепкие, и, хотя Гуго бросался на них ежедневно, пришлось ему отступить. Собравшись с силами, он через три года снова пошел на Рим, и снова безуспешно, да еще в войске его началась чума. И вынужден был Гуго пойти на примирение с Альбериком, он даже предложил ему в жены свою дочь Альду. Рафаэль на сайте zhivopisvsem.com
Альберик согласился, взял Альду, женился на ней, но в город не впустил коварного Гуго даже на свадьбу. Так и остался Гуго за стенами Рима, а его дочь Альда стала жить в Риме.
Однако Гуго, породнившись с Альбериком, не сложил оружия и в 941 года снова подступил к стенам Рима и протоптался около них чуть ли не всю зиму. И как он ни умолял и ни угрожал, так и не растворились пред ним врата Вечного города, ибо Альберик хорошо знал, с кем имеет дело и чего стоят все клятвы бесчестного Гуго, а римляне слушались Альберика.
Пока в течение нескольких лет настырный Гуго бросался на Рим, стало неблагополучно у него дома, в Ломбардии, в Итальянском королевстве, где против него подняла голову местная знать. Не в силах одолеть ее, Гуго пал духом и в 946 года еще раз заключил мир с Римом, отказавшись от всех притязаний, корону Италии передал своему слабому сыну Лотарю, а сам удалился в свой родной Прованс.